Кир Булычёв: Электронная Библиотека

Произведения Кира Булычёва

Цикл "Гусляр"

Навигация по страницам: 1 2

Отражение рожи

Рассказ
Написан - 1994 (?)
Разговор начался банально - с собак.
Минц с Удаловым сидели на лавочке у дома 16, чувствуя себя старичками,
хотя, конечно, в душе ими не были. И смотрели, как внучка Ложкина
Дашенька, приехавшая в Гусляр на каникулы, гуляла со своей стройной,
поджарой, почти породистой собачкой и вся была под стать ей - поджарая,
стройная, почти породистая.
- Любопытно, - сказал профессор, - каков механизм подбора людьми собак?
Удалов, который понимал Льва Христофоровича с полуслова, возразил:
- Но, может, это собаки подбирают себе хозяев, похожих на них?
Так как разговор происходил в сентябре, и окна были открыты, с первого
этажа откликнулся Грубин:
- Я думаю, что собаке и хозяину надо пожить вместе, тогда они становятся
на одно лицо.
Спорить с Грубиным не стали. Тем более что в подтверждение общих мыслей
из-за угла вышел хулиган Корочкин, крутой качок, как называла его с
придыханием Дашенька, мелкий рэкетир и террорист, который недавно приобрел
в области за баксы настоящего бультерьера - существо, более всего похожее
на большую жирную корявую крысу. Говорили, что Корочкин, известный в
уголовном мире Великого Гусляра под кликухой Крыс, в память о популярном в
детстве мультфильме, ходит со своим булем на операции, и тот уже задушил
двух или трех лотошников. Может, и не в самом Гусляре, но на станции или в
Потьме. В любом случае хозяин и собака были похожи, и, только когда они
прошли, пугнув по пути Дашеньку Ложкину, Удалов несмело произнес вслед
кожаной спине Корочкина:
- При взгляде на собаку понимаешь суть хозяина. А вы говорили!..
Удалов ждал возражений, но не дождался.
Через некоторое время Грубин сказал из открытого окна:
- Это даже неплохо.
Удалов, который прожил с Грубиным больше двадцати лет в одном доме, все
понял и возразил:
- В тех случаях, когда облик соответствует содержанию, собака может многое
поведать о своем хозяине. Но бывает множество исключений. Идет болонка,
ведет болонку, а внутри бульдог-душитель.
Все помолчали.
На втором этаже открылось окно, и старик Ложкин позвал:
- Даша, ужинать пора.
Даша застучала каблучками, собака - коготками. И скрылись в подъезде за
хлопнувшей дверью.
Ложкин сказал:
- Главная беда человечества - несовпадение облика и содержания.
Значит, он весь разговор о собаках слышал.
- Я сейчас по телевизору министра слушал, не буду называть его фамилии. Он
врет, улыбается, дикторшу по заднице гладит, а я знаю - врет!
- Ну уж и гладит! - засмеялся Грубин.
- Морально гладит. А она хвостиком виляет.
- Он, наверное, сам себя со стороны не видит, - сказал Удалов. - Это часто
бывает с людьми. Даже удивляешься порой - ну как же ты не видишь, что ты
скотина!
- А что делать? - спросил напряженно молчавший Минц, что свидетельствовало
о бурной работе его мысли. - Как открыть истинное лицо? По собаке?
- Чудесная мысль! - донесся сверху голос Ложкина. - Вижу волкодава и сразу
владельца в тюрягу!
- Я же не о действиях, - возразил Минц. - Я хотел обратить ваше внимание
на неточность выводов, которые можно сделать из нашего наблюдения. Не раз
человечество пыталось найти способ определить наклонности и способности
человека по формальным признакам. Одни искали преступников по форме
черепа, другие - гениев по почерку, третьи определяли характер с помощью
звезд.
- Хорошо вам говорить, ученым, - откликнулся Ложкин. Сказал он так, чтобы
его опровергли, потому что считал себя человеком грамотным и в свое время,
пока еще перо рука держала, сочинил немало кляуз в журнал "Знание-сила".
Даже печатали их порой.
Но никто Ложкина не опроверг, никто не закричал: "Ты у нас первый ученый,
дедушка Николай!".
- Конечно, - сказал Удалов, - легко было бы жить, если бы каждому человеку
выдать по лицу, которое бы соответствовало его поступкам и душевному
состоянию. Посмотрел на человека - и сразу на другую сторону улицы. Потому
что видишь не лицо, а убийственную рожу.
- Интересная задача, - задумчиво произнес Минц. Словно задачу эту задали
ему, и он готовился ее разрешить.
- А как этого добьешься? - подумал вслух Грубин, который и сам был не
последним изобретателем.
- Впрыснуть! - не выдержал Ложкин. - Каждому впрыснуть средство от лжи. А
то идет, видите ли, улыбается, красавчик! А сам только что тетеньку
задушил.
- Не получится, - сказал Минц, подумавши. - Люди куда сложнее, чем вам
кажется. Человек - это целый мир. Он может быть сейчас грабителем, а через
полчаса вытащит ребенка из проруби или в горящую избу войдет.
- Но все равно, - подзуживал соседа Удалов, который подумал, как будет
славно, если он придет домой, а у Ксении все на лице написано, и не надо
гадать. Успеешь принять меры против семейного конфликта. - Эта задача по
плечу только гению.
- Если вы имеете в виду меня, то я не претендую на уникальность, - скромно
возразил Лев Христофорович. - Я всегда с благодарностью вспоминаю своих
учителей - Ньютона и Эйнштейна.
- Их с нами нет, - сказал Грубин.
- В самом деле? - рассеянно спросил Минц и, неожиданно поднявшись,
быстрыми шагами пошел в подъезд, к себе. Думать. Творить. Пробовать. На
горе или на счастье человечества.
* * *
Дня три Минца никто не видел. Соседи, зная о том, какие научные "запои"
бывают у профессора, ставили у двери молоко, хлеб и пепси-колу. Минц
инстинктивно отворял дверь и брал приношения. Не замечая этого.
На четвертый день веселый Минц с утра включил оживленную музыку Гайдна,
отворил окно, потопал немного, изображая зарядку, выпил принесенное
Ксенией молоко, а потом отправился к Удалову. Корнелий только что вышел из
ванной, побритый и добрый.
- Корнелий, кажется, я решил проблему, - сказал Минц.
- Истинной рожи? - догадался Удалов.
- Или истинного лица.
- Вы проходите, проходите. Ксюша, принесешь каши Льву Христофоровичу?
- Несу! - откликнулась Ксения. - Вам с молочком или с вареньем?
- С медом, - ответил профессор и продолжал, обращаясь к Удалову: - Мы с
вами пошли по неправильному пути. По пути, лишенному парадоксов. Мы хотим
увидеть истинное лицо человека. Но зачем?
- Чтобы он стал лучше, - без запинки ответил Удалов. - Или чтобы задержать
его и сдать в милицию.
- Именно твой первый ответ, Корнелий, меня порадовал. А второй огорчил. Мы
хотим увидеть истинное лицо человека, чтобы уменьшить на планете число
преступлений и злых дел, изжить несправедливость и жестокость. А для этого
надо, чтобы человек увидел самого себя!
- Не понимаю, - сказал Удалов.
Минц не спеша поскреб ложкой по тарелке, собрал с каши мед и сунул в рот.
- А когда человек увидит собственное лицо таким, каков есть его внутренний
облик, он ужаснется и скажет: что я наделал! Каждый из нас живет с самим
собой, и воспитание человечества я переношу на индивидуальный уровень.
Удалов ничего не понимал.
- Сиди здесь, я тебя позову, - приказал Минц.
Он поднялся из-за стола, подошел к платяному шкафу, узкая створка которого
была зеркальной, вынул из кармана пузырек с какой-то мазью и ватку. И,
потряхивая пузырьком, чтобы мазь попадала на ватку, он стал возить ваткой
по зеркалу.
Когда работа была завершена, Минц сказал:
- Теперь подождем, пока просохнет.
Удалов сделал вид, что ничему не удивляется, хотя не переставал удивляться
гениальности Минца, и принялся за чай.
Но не успели они допить чай, как Лев Христофорович, кинув взгляд на
зеркало, произнес:
- Ну вот, все готово.
- Что готово?
- Истина, Корнелий. Подойди к зеркалу.
Корнелий послушно поднялся и подошел к зеркалу.
И ничего особенного не увидел. Полчаса назад это же лицо он лицезрел в
ванной, в тамошнее зеркало.
- Ничего особенного не вижу, - сообщил он. - Наверное, эксперимент
провалился.
- Что и следовало доказать! - ответил профессор. - Потому что ты, Удалов,
полностью соответствуешь сейчас своему внутреннему содержанию.
- А что дальше?
- Дальше я хотел тебе сказать, что видел вчера на улице Батыева. Вернулся
он к нам в Гусляр, ходят слухи, что назначат его главгором вместо Коли
Белосельского.
- Что?! - воскликнул Удалов. - Не может быть!
- Посмотри на себя в зеркало! - приказал Минц.
Удалов обернулся к зеркалу и был поражен тем, что из зеркала на него
глядело странное животное, похожее во многом на Удалова - например,
лысиной и цветом венчика волос вокруг лысины. Но уши его стояли высоко, на
лице почему-то росла шерсть, верхняя губа была раздвоена - Удалов увидел
себя в образе зайца, правда, зубы у зайца были хищные, оскаленные, и это
нарушало полноту образа.
- Кто это? - спросил Удалов.
- Кто это? - откликнулся зверь в зеркале.
- Это ты сам, Корнелий, - ответил Минц. - Это твоя истинная сущность на
настоящий момент. Мое сообщение о Батыеве испугало тебя, превратило внутри
в дрожащего зайчишку, а все сильное в тебе сконцентрировалось в зубах, так
что получился заяц, который будет кусаться до последнего патрона.
- Это я?
Но на вопрос Корнелия и не стоило отвечать, потому что изображение зайца
на глазах расплывалось, возвращаясь к привычному образу Корнелия Удалова.
- А теперь сам покажись, - попросил Удалов профессора. Ему нужно было
время, чтобы осознать величие изобретения.
Минц безропотно подошел к зеркалу.
Корнелий увидел Минца. Но вокруг его головы сияли яркие лучи, от чего в
комнате зазеркалья было куда светлее, чем в комнате Удалова.
- А это что? - спросил Удалов.
-
Навигация по страницам: 1 2
Все представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования их в коммерческих целях свяжитесь с правообладателями.
Яндекс.Метрика